пусть

vertela_julia


Юлия Вертела

Донашиваю Родину


Previous Entry Share Next Entry
Маринка, я и Акваланг
пусть
vertela_julia
Маринка, я и Акваланг


Мы все по-разному описывали эту ночь втроём.
И сходились на том, что когда всё происходит случайно, так даже лучше.
Кисмет - это кирдык. Или удача. Или судьба.
Кто как поймёт любимое словечко Акваланга.
До этого мы не виделись с ним в реале. Только в Живом Журнале в интернете.
И не увиделись бы никогда, если бы не рьяная Маринка.
Она рванула на «сапсане» в Питер - спасать меня от смерти.
Потому что она герой. И человечище.
Накануне у меня случилась личная драма. Со всеми вытекающими истериками.
Я закрыла страницу в ЖЖ. После чего упилась снотворными, обрубилась и не слышала, как Маринка позвонила в дверь.
Бедная преданная Маринка приехала ночью из Москвы и почти до полудня барабанила в мою дверь.
Отчаявшись, она пошла обратно на вокзал. На ближайший «сапсан».
Днём я очнулась, увидела непринятые звонки на телефоне, стала звонить Маринке, умоляя сдать билет.
Договорились пересечься у «Восстания».
Я как очумелая, понеслась туда.
И нашла Маринку - маленькую, шуструю птичку lepalind, с рюкзачком за спиной.
Маринка к тому времени уже созвонилась с Аквалангом.
Мы все - из интернета. Виртуальные друзья.
- Поедем к Димке! - решительно сказала Маринка.
- Кисмет! - согласился Димка по телефону.

*

Димка Акваланг - усатый моряк в бескозырке. Таким он выглядел на аватарке в ЖЖ.
У Акваланга умерла жена. Иногда зимой он звонил мне на телефон.
Звонил, чтобы услышать голос. Голос как глоток водки. Согревает.
Недолго, пока держишь трубку у уха. Пока слышишь. И неважно, о чём говорить.
Все слова - звуки ни о чём, просто напоминающие, что организм ещё способен их производить. Особенно на таком морозе.
Акваланг звонил мне, чтобы издать этот звук. И я отвечала -  с той же целью.

*

Мы ехали с Маринкой маршруткой от метро «Ленинский проспект» в незнакомый мне район, где нас встретил Акваланг.
- Напротив моего дома - дом, из которого выбросился Башлачев. Вон из того окна...
Мы свернули головы в указанном направлении.
Берёзы. И где-то там выше берёз - то самое окно....
Мы сидели на кухне у Акваланга, рассматривали друг друга.
И радостно улыбались. Тепло, уютно, как в студенческие годы - беззаботно, внезапно, и просто так...
Маринка вынула из рюкзака домашнее вино и настойку на кедровых орешках.
Димка Акваланг нарезал закусок. В жизни он был точно такой же как на аватарке...
- Я с женой прожил тридцать лет, и вот теперь один. Уже четыре года.
- Марин, а у тебя когда сын погиб?
- Полгода назад. Разбился на машине. Ехал с другом ночью по мокрой дороге.
- А у Юльки дочка умерла, давно уже...
- Ей всего девять месяцев было.
Не чокаясь. За умерших. Потом за живых.
Выясняется, у всех у нас были панические атаки после потери близких. И клиника неврозов...
Вот так и проясняется родство биографий.
И просто родство.
- Я не ем только один продукт.
- Юлька, сейчас угадаю какой. Варёный лук?
- Димка, ага, откуда ты знаешь?
- Телепатия.
- Маринка, ты кем работаешь?
- Риэлтор.
- И моя жена покойная была раэлтером. Она и умерла, разговаривая по телефону с клиентом, пришёл с работы, а Ирка лежит с трубкой в руке.
Димка - слесарит на заводе, где строят корабли.
Вот сидим мы за столом, под портретом Димкиной покойной жены. Дети наши выросли, мужья и жёны поисчезали в смертях или разводах. А душа ещё живая. И хочется прикоснуться к ней словом или взглядом... Под уютным светом лампы, под тихий разговор. В три ночи Маринка начала засыпать за столом. Я тоже. Решили остаться у Акваланга.

*

Как потом писала Маринка в Живом Журнале- «волшебная ночь втроём», «безумная ночь втроём», «страстная ночь втроём»... В конечном варианте осталось просто: «ночь втроём».
А Димка в ЖЖ пафосно написал: «Сегодня я провел ночь с двумя женщинами».
На самом деле он спал на коврике, прикрывшись старенькой дублёнкой.
А мы с Маринкой развалились на его полуторной кровати.
- Белья у меня нет, - сказал Димка.
Рухнули без белья. Выключили свет.
- Я впервые за три года о сексе подумала, - сказала в темноте Маринка - матрас у тебя, Димка, удобный.
А Акваланг уже храпел, как гризли, охраняющий пещеру.
Я смотрела в окно, пытаясь разглядеть дом, из которого когда-то выпал Башлачев.
Утром старенькая мама Димки вышла на кухню.
- Круассаны кушайте. Угощайтесь.
- Неужели вы сами их печёте? - спрашиваю.
- Сама.
- Мам, а я всегда думал, что они покупные, - удивился Акваланг.
Мама Димки шутила:
- Мой сын приводит домой всех девушек из интернета. И все девушки говорят, что он похож на Довлатова.
Сам же Димка от схожести отбрехивался.
- Я прозу не пишу, только стихи. После смерти жены одни уходят в запой, а я в - поэты.
Мы опять прошли мимо дома Башлачёва. Мимо окна из которого он выпал, мимо берёз. Мимо одиночества.
И ещё пару дней гуляли по Питеру как беззаботные студенты.
И это спасло меня тогда. Помню китайский ресторанчик «Джун-го» на Суворовском. Где мы ели утку по-пекински. Помню Маринку - птичку lepalind с весёлым рюкзачком, помню Димку, зачем-то терпевшего нас, приютившего и согревшего тогда.
И то окно, откуда...
- Кисмет.
Почему Акваланг понимает это слово как кирдык?
А я как удачу.
Хорошо, что мы встретились однажды. Я, Маринка и Акваланг.

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

?

Log in

No account? Create an account